Translation Original
1 A dog show, with its borzois and its hounds, brought back to me one small episode that had a great influence on my life.
Собачья выставка с ее борзыми и гончими напомнила мне один маленький эпизод, имевший большое влияние на мою жизнь.
3 "If you don’t come to me next week, I’ll stop counting you as a nephew and strike your father’s name from the memorial book... Let’s go hunting – come!"...
"Если не приедешь ко мне на будущей неделе, то и племянником считать тебя не буду, отца твоего из поминальной книжки вычеркну... Поохотимся, – приезжай!"...
4 There was nothing for it but to go.
Надо было поехать.
5 My uncle met me with open arms and, as even the most hospitable of hunters will do, without letting me recover from the long road or rest, led me off to the kennels to show me his horses and his dogs. Dogs, to my mind, come large, small, and medium, white, black, and gray, fierce and gentle; my uncle, though, distinguished among them the speckled, the dark-crimson, the sokhastyi, the leshchevatyi, the black-and-piebald, the black-with-tan, the brudastyi – pure dog-language, and it seems to me that if dogs could talk, they would talk in exactly that tongue. My uncle showed them off, kissed the dogs on their muzzles, and kept insisting that I feel their muzzles too, and handle their paws.
Дядя встретил меня с распростертыми объятиями и, как это водится даже у самых гостеприимных охотников, не дав мне оправиться после долгой дороги и отдохнуть, повел меня на псарню показывать мне своих лошадей и собак. Собаки, по моему мнению, бывают большие, маленькие и средние, белые, черные и серые, злые и смирные; дядя же различал между ними крапчатых, темно-багряных, сохастовых, лещеватых, черно-пегих, черных в подпалинах, брудастых – совсем собачий язык, и мне кажется, что если бы собаки умели говорить, то говорили бы именно на таком языке. Дядя показывал, целовал собак в морды и всё требовал, чтобы я щупал собачьи морды, трогал лапы.
6 The next morning I was dressed up in a sheepskin coat and felt boots and carried off to the hunt.
На другой день утром меня нарядили в полушубок и валенки и повезли на охоту.
7 I remember now a great alder wood, gray with hoarfrost. A graveyard silence reigns in it. From the wood to the horizon a white field stretches out... and there is no seeing the end of that field. Through the wood and over the field sheepskin coats go galloping on horses... every face is anxious, strained, as if all these sheepskin coats were about to uncover something new, extraordinary... My uncle, red as a lobster, gallops from one sheepskin coat to the next, gives orders, showers curses... Horn calls sound... This is the picture I remember now. I remember too how my uncle rode up to me and led me to the edge of the wood.
Я вспоминаю теперь большой ольховый лес, седой от инея. Тишина в нем царит гробовая. От леса до горизонта тянется белое поле... И конца не видно этому полю. В лесу и по полю скачут на конях полушубки... У всех лица озабоченные, напряженные, словно всем этим полушубкам предстоит открыть что-то новое, необыкновенное... Дядя мой, красный как рак, скачет от одного полушубка к другому, отдает приказания, сыплет ругательства... Слышны трубные звуки... Эту картину вспоминаю я теперь. Помню также, как подъехал ко мне дядя и повел меня на окрайну леса.
8 "Stand here... The moment a beast runs out of the wood at you, shoot!"
– Стой тут... Как зверь побежит на тебя из лесу, так и стреляй!
9 "But Uncle, I don’t even properly know how to hold a gun!"
– Но ведь я, дядюшка, и ружья-то держать путем не умею!
10 "Nonsense... You’ll learn... Well, look sharp!.. The instant there’s a beast – fire!!."
– Пустяки... Приучайся... Ну, смотри же!.. Чуть только зверь – пли!!.
11 Having said this, my uncle rode off from me, and I was left alone. The sheepskin coats went galloping into the wood. For a long time I waited for the beast. I waited, and all the while I was thinking of
Moscow, daydreaming, dozing...
Сказавши это, дядя отъехал от меня, и я остался один. Полушубки поскакали в лес. Долго я ждал зверя. Ждал я, а сам в это время думал
о Москве, мечтал, дремал...
12 "And what if I kill the beast?" I imagined. "I’ll kill it, not them! What a triumph that would be!"
"А что если я убью зверя? – воображал я. – Убью я, а не они! То-то потеха будет!"
13 After a long wait a muffled baying of dogs finally sounded... Halloos went flying through the wood... I cocked the hammer and sharpened my sight and my hearing... My heart began to pound, and the predator-hunter’s instinct woke in me. Bushes crackled not far from me, and I saw the beast... The beast, a strange sort of thing, on long legs and with a bristling muzzle, was charging straight at me... I squeezed with my finger, the shot rang out, and it was all over. Hurrah! My beast leapt, fell, and thrashed.
После долгого ожидания послышался наконец сдержанный собачий лай... По лесу понеслось ауканье... Я взвел курок и насторожил зрение и слух... У меня забилось сердце, и проснулся во мне инстинкт хищника-охотника. Затрещали недалеко от меня кусты, и я увидел зверя... Зверь, какой-то странный, на длинных ногах и с колючей мордой, несся прямо на меня... Я нажал пальцем, загремел выстрел, и всё было кончено. Ура! Мой зверь подпрыгнул, упал и закорчился.
14 "Here! To me!" I shouted. "Uncle!"
– Сюда! Ко мне! – закричал я. – Дядюшка!
15 I pointed to the dying beast. My uncle looked at it and clutched his head.
Я указал на умирающего зверя. Дядя поглядел на него и схватил себя за голову.
16 "That’s my
Skachok!" he cried. "My dog!.. My dearly beloved dog!.."
– Это мой
Скачок! – закричал он. – Моя собака!.. Моя горячо любимая собака!..
17 And, leaping down from his horse, he fell upon his Skachok. And I made straight for the sleigh – and that was the last of me.
И, прыгнув с лошади, он припал к своему Скачку. А я поскорее в сани – и был таков.
18 The unintended killing of Skachok fell out between me and my uncle for good. He stopped sending me my allowance. Dying, three years ago now, he had it passed on to me that even after death he would not forgive me the killing of
his beloved dog. And he willed his estate not to me, but to some lady, a former mistress of his.
Непреднамеренное убийство Скачка навсегда рассорило меня с дядей. Он перестал мне высылать содержание. Умирая же, три года тому назад, он приказал передать мне, что он и после смерти не простит мне убийства его любимой собаки. И имение свое он завещал не мне, а какой-то даме, своей бывшей любовнице.
