(THOUGHTS FROM A NEW YEAR’S HANGOVER)

(МЫСЛИ С НОВОГОДНЕГО ПОХМЕЛЬЯ)

Don’t trust champagne... It sparkles like a diamond, is clear as a forest brook, sweet as nectar; it is prized dearer than a workman’s labor, a poet’s song, a woman’s caress – but... stay away from it! Champagne is a gaudy courtesan, mixing her charms with the lies and shamelessness of Gomorrah; it is a gilded coffin, full of dead men’s bones and every kind of filth. A man drinks it only in hours of grief, sorrow, and optical delusion.

Не верьте шампанскому... Оно искрится, как алмаз, прозрачно, как лесной ручей, сладко, как нектар; ценится оно дороже, чем труд рабочего, песнь поэта, ласка женщины, но... подальше от него! Шампанское – это блестящая кокотка, мешающая прелесть свою с ложью и наглостью Гоморры, это позлащенный гроб, полный костей мертвых и всякия нечистоты. Человек пьет его только в часы скорби, печали и оптического обмана.

He drinks it when he is rich, sated – that is, when it is as hard for him to make his way to the light as for a camel to pass through the eye of a needle.

Он пьет его, когда бывает богат, пресыщен, то есть когда ему пробраться к свету так же трудно, как верблюду пролезть сквозь игольное ушко.

It is the wine of embezzling cashiers, of gigolos, of unbridled young rakes, of courtesans... Wherever there is drunken revelry, debauchery, the swindling of one’s neighbor, the triumph of shady dealing – there, before anything else, look for champagne. It is paid for not with earned money but with wild money, surplus money, mad money – often someone else’s...

Оно есть вино укравших кассиров, альфонсов, безуздых саврасов, кокоток... Где пьяный разгул, разврат, объегориванье ближнего, торжество гешефта, там прежде всего ищите шампанского. Платят за него не трудовые деньги, а шальные, лишние, бешеные, часто чужие...

Setting out on the slippery path, a woman always begins with champagne – which is exactly why it hisses like the serpent that seduced Eve!

Вступая на скользкий путь, женщина всегда начинает с шампанского, – потому-то оно и шипит, как змея, соблазнившая Еву!

It is drunk at betrothals and weddings, when for two or three illusions people take upon themselves heavy shackles for life.

Пьют его обручаясь и женясь, когда за две-три иллюзии принимают на себя тяжелые вериги на всю жизнь.

It is drunk at jubilees, diluted with flattery and watery speeches, to the health of the man of the hour, who as a rule already stands with one foot in the grave.

Пьют его на юбилеях, разбавляя лестью и водянистыми речами, за здоровье юбиляра, стоящего обыкновенно уже одною ногою в могиле.

When you have died, your relatives drink it out of joy that you have left them an inheritance.

Когда вы умерли, его пьют ваши родственники от радости, что вы оставили им наследство.

It is drunk at the meeting of the New Year: glasses in hand, they shout “hurrah” to it, in the full certainty that in exactly twelve months they will give this year a kick in the neck and spit on its head. In short, wherever there is joy on order, bought delight, flattery, empty babbling, wherever there is satiety, idleness, and swinishness – there you will always find the Widow Clicquot. No, stay away from champagne!

Пьют его при встрече Нового года: с бокалами в руках кричат ему "ура" в полной уверенности, что ровно через 12 месяцев дадут этому году по шее и начихают ему на голову. Короче, где радость по заказу, где купленный восторг, лесть, словоблудие, где пресыщение, тунеядство и свинство, там вы всегда найдете вдову Клико. Нет, подальше от шампанского!

Notes

Примечания

Champagne

Cite this passage

Support this project